Когда папе было 16 лет, он вставал на носочки, чтобы казаться выше, — так он надеялся, что его возьмут на фронт. Он был невысокого роста, но твёрдо решил пойти воевать: годом ранее гестаповцы расстреляли его отца, и папа хотел отомстить.

Он оказался в зенитном полку — возможно, благодаря своей удивительной меткости.

Я помню его как очень доброго и любящего отца. Рядом с ним я всегда чувствовала себя в безопасности — будто за каменной стеной.

Мы часто ходили с папой в старую бухту: там он учил меня плавать. Ещё папа играл в футбол, и мы с семьёй всегда горячо за него болели.

А когда он возвращался домой с работы, то неизменно приносил что‑нибудь вкусненькое и с улыбкой говорил: «Это от зайчика». Мы с сестрой очень хотели увидеть этого загадочного зайчика, который передавал нам сладости, — и каждый раз с нетерпением ждали новых «сладостей» от него.

Дочь Ольга.