Матвей
Емельянович
ПОДЕЛИТЬСЯ СТРАНИЦЕЙ
История солдата
Мой прапрадед Матвей Емельянович Толстов
Моего прапрадедушку звали Матвей Емельянович Толстов. Он родился в 1899 году, а умер в 1979-м. Я его никогда не видела, но бабушка рассказывала мне о нём, и я очень часто думаю о том, что ему пришлось пережить.
Самое страшное время в его жизни — это блокада Ленинграда. Тогда прапрадеду было уже за сорок. Он не был военным, но он очень помогал людям выжить. Он делал печки. Те самые маленькие печки-буржуйки.
В городе не было отопления, люди замерзали прямо в своих домах. А прапрадедушка находил где-то железо, выбивался из сил, но делал печку за печкой. Я представляю себе, как он стучит молотком в холодном сарае, как у него немеют руки, но он не останавливается. А потом он ходил по квартирам и ставил эти печки людям.
И правда — становилось теплее. Можно было согреть воду, посидеть у железной стенки и не умереть в эту ночь. Мне кажется, каждая такая печка спасала чью-то жизнь. Может быть, даже несколько жизней.
Я до сих пор не могу без слёз об этом думать. Обычный человек, не герой — а сколько добра сделал. Когда у нас дома зимой топится печка, я всегда вспоминаю своего прапрадедушку Матвея. Мне кажется, что тепло, которое мы чувствуем, идёт ещё от него.
Я горжусь им и хочу, чтобы про него узнали другие.
Воспоминания
Прапрадедушка Мотя
Бабушка (она внучка Матвея):
— Мой дедушка, Матвей Емельянович. Я его хорошо помню. Он был уже пожилым, когда я маленькая была. Родился он в 1899 году. В блокадном Ленинграде он делал печки-буржуйки. Мама моя (это его дочка, моя прабабушка) рассказывала, как он в сарае стучал по железу, клепал, вырезал. А потом вёз на санках эти печки в дома, где дети замёрзали. Он никогда не говорил: «Я герой». Он просто делал. И спасал людей.
Умер он в 1979 году. Я тогда уже взрослая была, очень плакала.
Мама (она правнучка Матвея):
— А я дедушку Мотю не застала. Но твоя бабушка много о нём рассказывала. И ещё я помню его старую буржуйку, она долго в сарае лежала, вся ржавая. Её не выбрасывали — как память. Бабушка говорила: «Если бы не этот железный ящик, неизвестно, были бы мы вообще».
Я про своего прапрадедушку почти ничего не знаю. Только из рассказов бабушки. Она называла его дедушка Мотя.
У Матвея Емельяновича был сын — Николай Матвеевич Толстов. Родился в 1923 году. Все звали его просто Коля.
Он ушёл на фронт совсем молодым. Дошёл до самой Болгарии. И там, в 1944 году, за несколько месяцев до Победы, погиб. Где-то на болгарской земле.
Похоронили его там же, далеко от дома. Дедушка Матвей так и не увидел сына живым. Только фотография осталась — Коля в гимнастёрке, серьёзный, чуть улыбается.
Бабушка (его племянница) говорила: «Дед Мотя до самой смерти поминал Колю. Садился у печки и молчал. Мы знали — он про сына думает».
Вот так. Отец делал печки, чтобы спасать живых. А сын лёг за то, чтобы страна жила. И лежит теперь в болгарской земле. Вечная память.