Катя проснулась среди ночи, хотелось кушать. Было темно и сыро, справа и слева доносилось посапывание братьев и сестры Маруси. Вот мама шепотом успокаивает всхлипывающего Саньку – это самый младший братишка. «Сколько ж мы еще будем жить в землянке, когда ж выгонят этих проклятых фашистов? Хорошо, что и мы, и соседи успели из деревни убежать в лес. Каратели сожгли дома. В лес они боятся соваться, так как где- то почти рядом, в Воргинских лесах, партизанский отряд», – рассуждала Катя. И вдруг девочку озарила мысль: «В соседней деревне Хрепилевотечет речка Ипуть, и там, на реке, мельница, немцы вообще туда не суются, а вдруг повезет и будут молоть зерно, может, удастся выпросить хоть чуть-чуть мучицы». С этими мыслями Катя погрузилась в не по-детски тревожный сон.
Разбитая осенними дождями дорога извилистой лентой уходит в деревню, но идти по ней небезопасно. Озираясь по сторонам, Катя медленно пробирается кустами. Но что это? Хрустнула веточка сзади. Катя резко обернулась. «Коля, ты? Кто тебе разрешил?» – негромко и сердито спросила Катя братишку. «Я тоже с тобой, я кушать хочу, может, чего в лесу найдем», – прошептал мальчишка. И дети, молча, двинулись вперед.
Кате шел 12 год от роду. Высокая, худенькая. Еёне по-детски усталое, измождённое лицо наполнено отчаянием и тревогой. Большие зеленые глаза зорко следят за виднеющейся из-за кустов дорогой. Худенькие плечи, скрытые под пиджаком с чужого плеча, подергивались, Катя рукой смахивала резко накатившиеся слезы. Рядом неотступно следовал Коля, ему от роду шел пятый год. Он шёл, не поднимая головы, давно не стриженной, с коротенькими, мягкими волосами. Лямка его штанишек постоянно спадала, и ее приходилось поправлять, но это не беда: он сегодня в штанишках, они одни на двоих с младшим братиком. Рукава кофточки были много раз завернуты, это подарок от старшей сестры Маруси. Босым ногам было холодно, но мальчишка старался не отставать от сестры.
«Катя, мы куда?» – спросил Коля. «На мельницу. И чего ты за мной увязался?» – тихо произнесла девочка. Отправить назад было нельзя: а вдруг заблудится… А вперед она бы быстрей дошлаодна…
Вот и деревня, казалось, что она опустела, только куры мирно копошились в земле.
«Нам туда, в конец деревни, там мельница», – возбужденно произнесла Катя.
Вот показалось извилистая река, а вот и огромное деревянное колесо, оно медленно крутится под натиском воды, издавая протяжный скрежет. «Коля, смотри, там, на мельнице, люди», – голос Кати переполнялся радостными нотками, и эта радость передалась братишке.
Побежали к мельнице. Несколько женщин и хромой мужчина мололи зерно, казалось, они не замечают детей. Вот усталые глаза одной из женщин остановились на худых фигурках детей. «Чьи будете? Откуда пришли?» – спросила она. Дети наперебой стали говорить. Женщины украдкой смахнули слезы. Мужичок подошел к ребятишкам – в руках у него был деревянный совок с мукой – и по очереди насыпал он в холщовые сумки детей драгоценной крупы. «Не ходите больше сюда, очень опасно. Да и нам молотьбольше нечего», – тихо сказал он. Поблагодарив за такой щедрый подарок, дети пустились в обратный путь.
Прижимая заветную ношу худенькими ручонками к себе, Коля спросил: «Катя, а когда наш папа придет с войны домой? Когда папа придет домой, я залезу к нему на руки и буду его долго, долго обнимать…». «Катя, а расскажи еще раз, что писал папа в последнем письме?» – вопрошал мальчишка. И Катя тихо произнесла слова письма отца, которое получили как раз перед приходом фашистов. Егор писал: «Дорогая моя жена Мария, мои детки Вася, Катя, Маруся, Коля и маленький Санечка, здравствуйте. Бью немцев. За меня не волнуйтесь, по звуку снаряда знаю, где он упадет. Вот побьем немца и вернусь домой. Береги детей…»
Шла осень 1942 года. Присев на корточки, Егор писал очередное письмо домой, знал, что Смоленщина оккупирована фашистами. «Вот освободят родные места, и почтальон принесет мои письма домой», – лелеял Егор в душе зыбкую надежду на то, что эти строчки дойдут до адресата, дойдут в срок, передавая всю правду, всю силу чувств, излитых на бумагу. И мысли полетели туда,на родную Смоленщину, к жене, детям, в деревню.
*****
Егор, как и многие в советские годы, растил в колхозе хлеб. Работал по плотницкой части. Балагур и весельчак, он любил свою жену и детишек, родителей, своих братьев. Любил рано на рассвете встать и заняться крестьянским трудом. Все спорилось в руках Егора. Но вот оборвался мирный труд – советско - финская война. Учеба, фронт. Солдат вернулся домой. К жене и детям. Но прекрасно понимал, что завершение войны между СССР и Финляндией – лишь короткая мирная передышка на пути чего-то более грандиозного – надвигающейся Второй мировой войны.Необходимо заработать деньги для семьи. И, простившись с родными, наш Егор уезжает на Украину, работать в шахту, зарабатывать… И.Страшная весть – война.
Добровольцем Егор уходит на фронт. Кто же,если не он? У него опыт за плечами, воинское звание – сержант.
*****
Разрывы снарядов вернули Егора в реальность. Вот побъём фашистов, вернусь домой и обниму моих любимых…
*****
«Еще больше года мы жили в землянке», – вспоминают уже выросшие дети своё лихоевоенное детство. – Плохо нам было одним, безотца. Мама с утра до вечера была в заботах о пропитании, в непосильном труде». Но она нам всегда говорила: «Потерпите, мои деточки, вот вернется отец с войны, поставим новую избу, затопим печь, испечем хлеб, и мама вас будет кормить!»
Но не вернулся отец с войны. Пришла беда, принесли «казенное» письмо, в котором говорилось… «пропал без вести»…
По щекам взрослых – детей Егора Семёновича – от осознания этой фактической неизбежности, упрямой достоверности покатились слезы. Мария Ивановна – их мать – тихо сказала: «Прошло больше года, пока мне не подсказали обратиться в офицерское потерь-бюро. Томительно тянулись недели ожидания. И однажды вызвали меня в военкомат. Там объявили, что младший лейтенант Козунов Егор Семенович геройски погиб в бою третьего декабря 1942 года. 400 метров юго-западнее деревни Лялино Демянинского района Ленинградской области». «Потемнело в глазах, в один миг рухнули все надежды», – продолжала Мария Ивановна. – Не помню, как вернулась домой, казалось, что эта страшная новость раздавила, в ту минуту казалось, что это конец и моей жизни. Очень тяжело жили, но выросли. Выстояли».
*****
Прошли годы, нет в живых Марии Ивановны и их с Егором Семеновичем детей – моих родителей и родителей моих братьев. Но эта история касается не только меня и моей семьи, она касается любого жителя нашей страны, каждого, кто живёт в России уже не одно поколение. Эта трагедия коснулась любого, чьи деды или прадеды проливали собственную кровь ради жизни нас с вами на этой земле. Возможно, это звучит несколько пафосно. Но с пафосом тогда жили, с пафосом и умирали. Тогда… На войне… Кровавой и беспощадной. И некому было попрощаться с человеком, некому было сказать ему и парыутешающих родственных слов. И боль, нестерпимая боль пронзает сердце солдата не от того даже, что умирает он, а от неведениярезультата своей жизни: «Что будет, когда я умру? Как будет моя семья? Что будет с русскими? Что – с немцами? Не зря ли я воевал? И вспомнит ли обо мне когда-нибудь родина?.. Обо мне, сыне своего Отечества, который слишком много вытерпел и не успел… пожить…»
Для чего война? Для чего вся эта бойня с кучей разрушенных судеб? Человек рождается, чтобы умереть? Чтобы жить? Зачем люди постоянно создают причины для кровавой распри, для смертельной вражды? Подумайте об том. И никогда не забывайте о людях, которые так же, как и высейчас, были молоды и здоровы, полны сил, имели семью, детей, увлечения. А теперь их нет. Они не увидели, как растут их дети, не успели сказать близким последнее «прости». За что им всё это? За что? Я спрашиваю. И мы должны помнить. Обязаны помнить. Это ваши родственники, ваше прошлое. Ваша история. История нашей огромной, многострадальной страны. И пусть сегодня порой кажется, что слишком много времени прошло, слишком отдалились те, давно прошедшие,события от нас, детей 21 века. Но память о подвиге советского народа должна жить в наших сердцах и не угасать никогда.
Мы, ваши дети, внуки и правнуки помним ваш подвиг на фронте и в тылу и гордимся вами.
Дорогой наш дедушка, Егор Семенович, ты в вечном строю, идешь в день Победы в «Бессмертном полку» бессмертной памяти…
